Сайт о шикотан найти знакомых

На острове Шикотан появятся заасфальтированные дороги — Авторевю

сайт о шикотан найти знакомых

Я поднял на ноги всех своих знакомых в Министерстве гражданской . что всё население Шикотана ходит мыться в душ на рыбоконсервный завод, они . пытаются найти какую-то опору на гладкой железной крыше вездехода. до сих пор оспаривает его южную часть, включая острова Итуруп, Кунашир и Шикотан. Она предполагала, что рассказ о жизни на острове прочтут только знакомые. Чтобы прочитать всё, нажмите на первую запись. 41) Вот такие артефакты вы можете найти по всему острову. А что можно на Шикотане найти любовницу? .. заманили на Шикотан в рыбзавод Островной. К счастью, оттуда знакомые позвонили и предупредили.

Поскольку маршрут проложен, говоря на авиационном языке, чётко "по ортодромии" кратчайшему между двумя аэропортами расстоянию на восток, то в полёте наблюдали интересное явление: Небольшой стандартно-типовой аэропорт в Хабаровске встретил теснотой - пассажиры сидели и стояли почти вплотную, отсюда начиналась масса рейсов по большим и малым городам Дальнего Востока.

Несколько часов на Ил - 18, и мы уже в аэропорту Южно-Сахалинска, теперь надо было как-то улететь на остров Кунашир.

На острове Шикотан появятся заасфальтированные дороги

Соседи по полёту из Москвы - военный лётчик с очень деловой женой - объяснили нам, что самолёты на Кунашир летают не каждый день, и если нам сразу не удастся убыть, то гостеприимно звали переночевать у них, в гарнизоне авиационного посёлка Сокол. Увидев значительное для этих мест количество золотых полосок на моих погонах - четыре, она быстро оформила билет и сказав, что нам повезло - самолёта не было из-за тумана четыре дня, предупредила по рации экипаж, как оказалось, уже готовящегося взлететь Ан - Воздушный корабль, уже с работающими двигателями, стоял на рулёжной дорожке.

Пришлось по жаре, при высокой влажности, с тяжёлыми сумками в руках, почти бегом спешить к нему; форменная рубашка из синтетического материала сразу стала мокрой. Командир воздушного судна встретил нас у трапа и приветливо улыбнулся: Двигатели взревели на максимальном режиме, и вот мы уже над ярко-синим Охотским морем, курс - на остров Кунашир. Аэродром "Менделеево" на Кунашире, около посёлка Южно-Курильск, оказался довольно пустынным, стояли лишь несколько военных вертолётов.

Старенький автобус по извилистой дороге, спускающейся вниз от лётного поля, катился среди деревьев с широкими листьями, обвитыми лианами, и подлеском из курильского бамбука. Гостиница в посёлке была единственная, двухэтажная, деревянная. В ней всего две больших комнаты, тесно заставленных кроватями с панцирными сетками, на две койки полагалась одна тумбочка, шкафов нет, несколько старых стульев дополняли скромный мебельный набор.

Верхнее помещение предназначалось для женщин, нижнее - мужское.

Сахалин - Шикотан - Кунашир..Часть 2.Шикотан и Кунашир - жемчужины Курильских островов.

Посёлок состоял, в основном, из одноэтажных домов, многие - удлинённые, барачного типа, в которых жили по многу семей. Рядом с гостиницей, в одноэтажном строении, тоже из дерева, размещалась столовая. Несмотря на то, что и Охотское море, и Тихий океан были рядом, дары их почему-то в меню не присутствовали, зато были щи из свежей капусты и макароны с котлетами. Поскольку за долгую дорогу мы соскучились по горячему, то обед нашли сносным. У администратора гостиницы спросили, когда будет катер на Шикотан.

Обычно он ходит один раз в неделю, да и то, если "бальность" моря позволяет и нет туманов; но сегодня здесь заканчивается совещание директоров рыбоконсервных заводов, и завтра они должны разъезжаться. До Малокурильского - сорок две морских мили, ходу - часа четыре. Расплавленный до малинового жара шар солнца закатывался за кунаширский действующий вулкан Тятя - основную достопримечательность острова вместе с горячими целебными источниками, бьющими у его подножия.

сайт о шикотан найти знакомых

Далеко от берега на рыболовецких траулерах зажглись прожектора, лучи которых направлены в воду, чтобы на свет стекались косяки сайры. Этой рыбой Курильская рыболовецкая флотилия снабжала всю Россию.

На следующий день к вечеру небольшой катер лёг курсом на зюйд-ост в сторону острова Шикотан через Южно-Курильский пролив Тихого океана. Пассажиров было немного, человек десять: Несильная килевая качка - волнение океана было балла два - заставляла вспомнить детские ощущения при катании на качелях: Пришвартовались глубокой ночью в освещённой портовыми огнями бухте, имеющей форму колбы с узкой горловиной, обращённой в сторону океана, прикрытой от ветров с другой стороны высокими сопками.

Валерий, высокий, худощавый, приветливо улыбающийся, одетый в светлую, модную куртку, сразу узнал москвичей, вероятно по моей авиационной форме. Идти до их дома было недалеко, но в гору. В квартире встретила жена Валерия, Ирина, очень милая шатенка, с короткой модной стрижкой и глубокими глазами, лет тридцати.

В комнате, обставленной приличной, но, чувствовалось, казённой мебелью, был уже накрыт стол, ярко демонстрирующий, что живут люди на берегу богатого рыбой, красной икрой и крабами океана. Хозяева были искренне рады приехавшим издалека гостям, расспрашивали о Володе, московской жизни. Валерий окончил физический факультет Московского университета, а здесь по контракту трудился в лаборатории, научная задача которой заключалась в том, чтобы по датчикам, установленным в океане, прогнозировать приходы цунами и прочих погодных неприятностей.

Ирина преподавала историю в старших классах единственной в посёлке школы. Утром молодые супруги пригласили нас осмотреть посёлок Малокурильское, который компактно ютился с одной стороны сопки, но ощущения сдавленности не было, так как окнами дома смотрели, как в зеркало, в безграничный, недаром названный Великим Тихий океан. На рейде - отчётливые силуэты большого плавучего рыбозавода и окруживших его со стороны ожидаемых приходов крупных косяков сайры траулеров.

При спуске к океану, на ровной площадке, как в Москве называют, "смотровой", стояла лавочка, на которой сидели две молодых женщины, одной - лет двадцать пять, другой - под тридцать. Было в их облике что-то общее: Валерий объяснил, что это "сезонницы" с рыбоконсервного завода, приезжающие сюда работать из разных мест России месяца на три, на путину. О них мне ещё раньше рассказывал мой давний приятель, офицер - подводник, служивший в этих местах.

сайт о шикотан найти знакомых

В производственную задачу этих работниц входило, стоя перед транспортёром, подававшим свежую рыбу из хранилища со льда, рубить её большими ножами на мелкие куски. От такой ежедневной работы, помноженной на природные данные, они становились очень сильными. Как сказал мой товарищ, если такая бабёнка крепко обнимет тебя или сожмёт ноги, развалишься, как гнилой орех. Пошли вдоль берега направо от порта; твёрдая галька, отточенная холодными волнами Тихого океана, шуршала под ногами.

Иногда попадались разные мелкие вещи, видно смытые во время штормов или выброшенные за ненадобностью с рыболовецких кораблей, в том числе и японских: Деревья вдоль берега - сосны и берёзы, "каменные", как их тут называют, невысокие, пригнувшиеся под сильными ветрами, дующими с океана, а сучья - корявые, простирающиеся в сторону суши и как бы стремящиеся уцепиться за что-нибудь, чтобы при отливе не смыло в океан.

Раньше я удивлялся, глядя на японские гравюры, гобелены, расплывчатые рисунки на рисовой бумаге - все ветви деревьев растут параллельно земле, думал, что это - просто стилизация. Но сейчас, имея к тому же авиационное образование, осознал, что такое горизонтальное расположение ветвей оказывает меньшее сопротивление набегающим потокам воздуха, как с океана, так и с суши, а значит слабее и сила, действующая на них, меньше раскачивает, а следовательно, больше шансов не сломаться, выжить.

Это - пример биологического свойства всех живых организмов приспосабливаться к окружающим условиям, так ведь и у людей - если как-то не ослаблять отрицательные эмоции, то они могут сильно раскачать душу, и тут уже недалеко и до слома, нервного срыва. Самые лучшие строения на острове - несколько двухэтажных деревянных домов с квартирами для руководящего состава рыбокомбината и администрации Шикотана. В одном из таких домов выделили двухкомнатную квартиру, правда, без ванны и душа, Валерию с Ириной.

Объяснив нам, что всё население Шикотана ходит мыться в душ на рыбоконсервный завод, они сводили и нас. Рядом со многими домами устроены коптильни для красной рыбы и корюшки.

Это небольшие сараи, где сверху были подвешены коптящиеся рыбы, а снизу тлели опилки, желательно осиновые. Рыба получалась с чудесным ароматом и неповторимым вкусом. Такие копчёности нельзя было даже сравнить с той рыбой, которой на городских рыбокомбинатах придают копчёный запах, обливая химической жидкостью.

Многие островные постройки сколочены из "плавняка" - досок, выловленных в океане, - и обиты снаружи для тепла рубероидом. Вид у таких сооружений неприглядный и напоминает в худшем варианте московские, послевоенные, дровяные сараи. Деревьев, даже низкорослых, в посёлке. Поразили коровы, которые, вероятно, из поколения в поколение приспосабливались к горным условиям и, вопреки своему увесистому телу, ловко поднимались по крутым, узким тропинкам шикотанских сопок.

Валерий предложил поехать завтра с утра на три дня ловить рыбу и крабов на другой берег, выходящий не в Южно - Курильский пролив, а непосредственно на океан, в бухту Безымянную, это место ещё называют "Край Света", так как это - самая крайняя юго-восточная точка России.

Мы с радостью согласились; Ира, тактично сказав, что неоднократно всё это видела, да и места в палатке мало, решила пожертвовать собой и осталась дома.

Миссионер рассветного острова

Машину дали, по просьбе Валерия, его знакомые, офицеры - "погранцы", как тут называли пограничников. Это был мощный бортовой грузовик ГАЗ - 66, со всеми ведущими колёсами. Так как дорог внутри острова не было, а конечная цель маршрута - за сопками, то автомобиль, ревя на низших передачах, карабкался по каменистому руслу небольшой горной реки, густо заросшей с обоих берегов курильской лиственницей, монгольским дубом и кедровым стланником.

Трясёт и швыряет нещадно; приходилось к тому же практически ложиться на пол, чтобы сучья, свисающие над рекой, не зацепились за одежду и не сбросили за борт. На вершине сопки - редкие, корявые, невысокие берёзы. Нас сразу, ещё до поездки, предупредили, что в лесу растёт очень ядовитое растение - "ипритка"; если на кожу попадает его пыльца или дотронуться до листьев, то получается трудно заживаемый, очень болезненный ожог, лечить который можно только морской водой.

Долгие подъём и спуск - и вот мы выскочили на край пятидесятиметрового обрыва, внизу простирался ровный зелёный луг, прикрытый полукругом из красноватых в лучах солнца скал. За ним более тёмным, чем трава, тоном зеленел Тихий океан.

Спуск предстоял по почти отвесной тропинке, поэтому упаковки со спальными мешками и палаткой мы сбросили со скалы вниз, благо они мягкие и разбиться не могли, а сами с рюкзаками, придерживаясь за скалу и короткие деревца, осторожно достигли лужайки.

Недалеко от берега, около костра, сидели две девушки и молодой человек. Познакомились; двадцатипятилетний, улыбчивый Сергей работал пожарником на рыбозаводе, пухленькая, с круглым личиком, Марина трудилась поваром в заводской столовой, а высокая, с тонким профилем, Светлана - художником рыбокомбината. Постоянных жителей в посёлке было немного, и все знали друг друга, хотя бы в лицо, а слух, что к физику Валерию приехали гости из Москвы - сотрудник гражданской авиации с женой, доктором медицинских наук, уже прокатился по всему острову.

Само слово "москвичи" уже означало для жителей этого, далёкого от столицы, бывшего японского, острова более высокую социальную ступень, даже более значимую, чем учёная степень. Нам сразу вручили по большой красной клешне королевского краба, ещё горячей, дымящейся, взятой из огромной бочки, в которой на костре варились эти только что выловленные деликатесы.

Для вскрытия панцирной оболочки предназначались ножницы, переходящие из рук в руки. Налили, конечно, по полному гранёному стакану водки, поскольку другой посуды для пития здесь не применялось, и выпили "за знакомство", закусив нежным, бело-розовым крабовым мясом. На траве стояли две миски: В океане, метрах в двухстах от берега, возвышалась серо-голубая стена.

Ребята предложили сходить туда на шлюпке во время отлива, а что за стеной - лучше заранее не рассказывать, увидите.

Правее, вдоль скалистого берега, вдалеке, виднелись небольшие каменные островки, один из них назывался "Самурай", и напоминал профиль бесславно отцарствовавшего, но пока ещё не совсем забытого нашего вождя, такие же лохматые брови и мясистый нос, даже казалось, что он сейчас невнятно и с трудом что-то произнесёт.

Когда на солнце набегали тучи и поднимался ветер, то и вода, и скалы становились свинцово-тяжёлыми, и весь ландшафт приобретал зловещий, жутковатый оттенок. Казалось, что души давно усопших самураев начинают с треском продираться сквозь лесные заросли к своим останкам на японском кладбище у окраины посёлка, ищут свои могилы, трогают овальные, позеленевшие надгробные камни, читают иероглифы, ещё не стёртые до конца ветрами и солёными океанскими туманами и дождями.

Валерий рассказал, что раньше сюда приезжали японские туристы помолиться на могилах своих предков, но потом наши власти запретили эти посещения, может потому, чтобы бывшие жители Шикотана не видели, в каком печальном состоянии находится это кладбище, да и не только.

Утреннее дальневосточное солнце, не очень яркое, но тёплое, пробилось сквозь сильный туман, осветило океан и берег. Идём на лодке выбирать из сети рыбу, попавшую за ночь. Подул лёгкий ветер, над океаном понеслись туманные клочья. Глубина, недалеко от берега, метров пять, но вода такой изумительной чистоты, что чётко видно дно: В неводе запутались штук двадцать крупных рыб: Я всех их высвобождаю из сети и бросаю на дно шлюпки. Отбирай только горбушу, она с икрой, да и на уху пойдёт.

сайт о шикотан найти знакомых

На берегу вскрываем горбушу, выбираем в трёхлитровую банку икру, как говорят бывалые рыбаки, в каждой рыбине бывает до двух тысяч икринок; красный деликатес сверху чуть присаливается, а из облегчённых остатков варим уху. К обеду появляется шикотанская экзотическая наливка из ягоды красника или, как её здесь называют, "клоповка"; эта удивительная, полезная ягода растёт в единственном месте мира - на острове Шикотан и напоминает по вкусу и голубику, и чернику, и клюкву, а растёт, как зачастую и брусника, во мху, только по размерам чуть больше и слегка удлинённой формы.

Сок из этой ягоды и варенье по вкусу неповторимы. Наступает отлив, собираемся в поход на шлюпке за интригующую каменную стену в океане. Не забываем взять краболовку - длинный, метра три, деревянный шест с металлическим крюком на конце, что-то типа багра. Стена оказалась одной из сторон овального огромного зала, метров сто в длину, окружённого высокими, метров тридцать, скалами, цвета от серовато-голубого до зеленоватого и розового.

Всё это переливалось и сверкало в лучах солнца. На две трети дно зала оставалось покрытым водой, в которой отчётливо отражались вертикали стен. Под резиновыми сапогами хрустела успевшая кое-где высохнуть галька, перемешанная с ракушками, скользкой морской травой и водорослями, и этот звук вместе с нашими голосами и криками птиц, охотившимися за оказавшимися на мели рыбами, эхом отзывались в этом скалистом, созданном океаном дворце. Из расщелин сверху свисали жёлтые цветки на длинных стеблях с небольшими светло-зелёными листьями.

Чтобы выдернуть с верха скалы корень, в котором и заключена вся мощь, и нужна длинная краболовка с крючком. Корень можно заваривать вместе с чаем, тогда получается такой сладковатый напиток с привкусом, слегка напоминающим вкус розовых лепестков, немного вяжущий, а можно делать и настойки на водке, будет ещё эффективнее.

Начинается прилив, нижняя часть океанического помещения начинает довольно быстро заполняться морской водой по всему пространству; спешим к гроту - длинному туннелю в скале - выходу из замкнутого овала; если не успеть пройти во время, то потом придётся подныривать в эти каменные ворота, да и шлюпку унесёт волнами в океан; придётся тогда куковать на стенах этого колдовского зала, пока кто-нибудь на другой лодке не спасёт.

Поражает, что такое огромное создание природы во время прилива почти наполовину скрывается под водой, значит грудная клетка океана при дыхании поднимается очень высоко. Сверкающая и чистая, как родник, вода Тихого океана так и тянет окунуться.

Согрелись водкой и чаем, в которой обильно были насыпаны свежие корешки Золотого корня. Когда стемнело, все медленно поплыли на шлюпке вдоль берега ловить больших, королевских крабов. Мы с женой не стали заниматься этим, довольно грубым делом, а возбуждённые впечатлениями дня, ионизированным океанским воздухом, Золотым корнем, морскими гребешками и экзотичностью всей обстановки ушли в дальний конец прибрежного, шелковистого луга и предались любви на самой дальней от дома восточной долготе.

Утром ловили форель в ниспадающей со скал к океану, прозрачной, звенящей по каменистому дну речке; наживка - красные икринки, стального цвета рыбки хватали их моментально. Следующее путешествие Валерий организовал в лагерь геологов, находящийся на юго-западном побережье острова, в бухте Церковная.

Шикотан - вулканического происхождения, весь покрыт сопками, как бы гигантскими пузырями застывшей лавы; дороги делать на такой местности чрезвычайно сложно, и до этой бухты их просто.

Отсутствуют и горные речки, по руслам которых можно было бы передвигаться на соответствующем транспорте. Поэтому друг Валерия, Геннадий - начальник геологической партии - выделил нам гусеничный вездеход на острове их было всего два. Валерий, Татьяна, я и Геннадий, лет тридцати пяти, с задубелым от океанских ветров лицом, надели штормовки, вскарабкались на верх машины и ухватились за железные поручни. Взревел двигатель и, гремя гусеницами, могучий транспорт понёсся по крутым склонам сопок прямо по зарослям стланника и бамбучника.

Мы до сих пор поддерживаем общение. В основном на острове живут люди, приезжающие служить по контракту, также много пенсионеров. Активная миссионерская работа велась среди военнослужащих пограничных войск — я каждую неделю приходил к ним, проводил беседы на духовные темы. Бывали разные времена, случалось, что при смене командования новое руководство отрицательно относилось к проведению таких бесед, и меня просто переставали пускать.

По-разному бывало, но через какое-то время военнослужащие тоже стали посещать богослужения вместе со своими семьями. Спустя несколько лет у нас организовалась дружная община. Бывало даже такое, что из-за строительных работ, которые начали вести управители города вокруг храма, люди не могли пройти на службу, но на жалобы и обращения никакой реакции не следовало.

В разных условиях приходилось нести священническое служение. Какими качествами должен обладать священник-миссионер в наше время? Не всегда могут помочь людям прийти в Церковь какие-то особенные богословские знания. Люди должны видеть перед собой добрый пример молитвы и труда над.

На острове Шикотан я первое время молился в храме совершенно. Трудно бывало очень, но на первом месте всегда стояла молитва, только потом по благодати Божией храм стал наполняться. Что больше всего вдохновляет Вас в несении миссионерского служения?

Стараясь показать людям пример жизни, может быть, Вы и сами чему-то научились от них, открыли для себя какую-то истину?

Общение с людьми — это очень большой и ценный опыт. Человек с другим мировоззрением приходит в храм, чтобы что-то выяснить или просто поговорить, получить ответы на свои вопросы, и в результате долгого общения с ним ты видишь, как человек из духовно пустого становится вдумчивым, начинает интересоваться, углубляться и, в итоге, начинает заботиться о своей душе и стремиться к духовному развитию.

Это очень большая радость.

На краю света. Первая часть: Робинзоны Шикотана

Такие люди, зачастую, отличаются большой старательностью в исполнении послушаний. Они трепетно относятся к вере как к чему-то очень драгоценному, что долго искали и, наконец, обрели. Отец Николай, были ли случаи на острове Шикотан, когда Господь особенным образом участвовал в Вашей жизни?

И когда я нес свое пастырское служение на острове, я всегда чувствовал Божию помощь. Были случаи, когда заканчивались припасы, а люди, не имеющие никакого отношения к Церкви и к Православию, приходили и приносили еду. Однажды на улице была очень сильная буря, ветер, и я услышал стук в дверь. Открыв ее, я никого не обнаружил, но увидел висящий на двери пакет с продуктами — это ли не Божие попечение обо мне?! Еще был знаменательный случай, когда семья военнослужащих уехала отдыхать в отпуск и вернулась оттуда с трагическим медицинским заключением: